Изменения в Налоговый кодекс: осторожный оптимизм и куча рисков (анализ)

Опасения связаны с расширением некоторых прав фискалов и сохранностью баз данных ГФС.

Кабинет Министров одобрил обнародованный Минфином 23 сентября «административный» законопроект «О внесении изменений в Налоговый кодекс Украины», которого так долго ждал бизнес. Однако результаты анализа этого документа говорят о том, что он не может претендовать на то, чтобы стать очередной «налоговой реформой». Собственно, на это не претендуют и авторы документа, указывая, что сосредоточились в нем исключительно на администрировании.

По намекам из Минфина уже сейчас ясно, что это — далеко не все изменения в Налоговый кодекс, которые намерены внести чиновники. Вдобавок к «административному» законопроекту, который только что одобрил Кабмин, и уже зарегистрированному «ресурсному» законопроекту (№5132), (о котором Hubs писал в  «Бюджет-2017: нереальные макропрогнозы и планы «доесть» оставшееся»), они попытаются разработать и принять в парламенте еще несколько документов. В частности, о трансфертном ценообразовании и финансовой полиции (тогда как вопрос ликвидации налоговой милиции уже прописан в утвержденных правительством изменениях к Налоговому кодексу), и, возможно, некоторые другие законопроекты.

С позиции рационального подхода лучше было бы вносить все изменения единым законом, ведь всего за шесть лет существования Налогового кодекса Украины изменения в него вносили 103-мя законопроектами! Однако следует считаться и с реалиями: у объединенного законопроекта меньше шансов пройти через Раду. Именно поэтому идет дробление правок на разные проекты.

Но на данный момент для обсуждения доступен только одобренный правительством «административный» проект (и то лишь в предварительной редакции), с него и стоит начать анализ фискальных потуг Кабмина.

Кстати, здесь нужно отдать должное нынешнему министру финансов Александру Данилюку. В отличие от времен, когда Минфином руководили Наталья Яресько и Александр Шлапак, к подготовке законопроекта при Данилюке привлекали действительно компетентных украинских экспертов, которые не состоят на госслужбе, а не «фриков», как это делалось раньше. Кроме того, сам процесс разработки не засекречивали, а по ходу доработки документа регулярно выставляли на обсуждение публики его новые версии.

И, думается, не в последнюю очередь именно из-за этого обнародованный проект не стал очередным выбросом «неадеквата» от чиновников Минфина. Хотя недостатков в документе все же хватает.

Выданный на-гора законопроект получился и объемным, и важным. Но, к сожалению, многие ключевые проблемы настоящего положения дел он по-прежнему не решает. Это касается отсутствия зеркальной ответственности контролирующих органов, особенностей деятельности налоговой милиции и т.д.

Об электронном кабинете налогоплательщика

Значительная часть изменений в «общеадминистративные» положения Налогового кодекса связана с законодательным внедрением электронного кабинета (именно такая формулировка фигурирует в документе без привычного уже дополнения в виде слова «налогоплательщика». — Ред.), в качестве основной  системы взаимодействия между налогоплательщиками и контролерами в вопросах реализации прав и обязанностей первых.

Электронный кабинет — идея очень хорошая. Правда, не совсем новая: ее вынашивал еще первый и последний глава Министерства доходов и сборов Александр Клименко.

При новой власти с реализацией дело сильно затянулось. Теперь Минфин, видимо, хочет подстегнуть этот процесс, узаконив электронный кабинет. Поскольку кое-как он работает уже сегодня, можно с уверенностью сказать, что, как минимум, кое-как он сможет работать и после вступления в силу предлагаемых изменений в НКУ.

Однако хотелось бы, чтобы он работал не кое-как, а максимально удобно и полно, обеспечивая практически весь функционал взаимодействия субъекта хозяйствования с контролерами. Но удастся ли это реализовать на практике — большой вопрос. Минфин себе отводит срок не более года: электронный кабинет должен начать работать с 1 числа месяца, следующего «за месяцем внедрения соответствующего программного обеспечения» (вероятно, имеется ввиду момент принятия решения о промышленной эксплуатации ПО. – Ред.), которого еще, по сути, нет, но не позднее 01.01.18 г.

Однако в целом узаконивание кабинета – шаг в правильном направлении. В то же время никак нельзя согласиться с намерениями Минфина делегировать свои функции технического администратора электронного кабинета на некое «государственное предприятие». Это неизбежно приведет к тому, что налогоплательщики будут вынуждены платить этому предприятию за выполнение этих самых функций, то есть, по сути, платить за услуги по уплате налогов. Это не только нонсенс, но еще и прямое нарушение Конституции Украины!

О передаче серверов ГФС в Минфин

Еще одним значимым направлением изменений является передача части функций Государственной фискальной службы (ГФС) на уровень Минфина. Например, предлагается передать в Минфин всю методологию (разработку и сопровождение порядков администрирования налогов, бюджетного возмещения НДС, порядка учета налогоплательщиков и т.д.), а также администрирование программных комплексов ГФС, а следовательно, и баз данных, которыми сейчас пользуются налоговики. По задумке авторов законопроекта, Минфин должен будет «обеспечивать развитие, организовывать внедрение и техническое сопровождение информационно-телекоммуникационных систем и технологий, автоматизацию процедур, в частности, организовывать внедрение электронных сервисов для субъектов хозяйствования контролирующими органами».

Нынешнее практически полное самоустранение Минфина от контроля описанных вопросов, безусловно, является ненормальным. Во многом из-за этого фискалы спокойно позволяют себе в ручном режиме вмешиваться в работу автоматизированных систем. Однако решение этой проблемы именно путем физической передачи Минфину всего «железа» и программных продуктов представляется сомнительным.

Во-первых, это будет дорого стоить. Во-вторых, в процессе передачи оборудования и баз данных возможны серьезные проблемы, ведь даже без этих манипуляций ГФС то теряет информацию терабайтами, то ее сервера «падают» на неделю. Что будет при физическом переезде, страшно даже представить. Куда более простым и надежным способом борьбы с нынешними нарушениями налоговиков было бы предоставление определенных прав доступа работникам Минфина и создание резервных копий баз данных ГФС под контролем Минфина. Ведь не важно, кто именно ведет эти базы данных, важно, чтобы не было нынешней монополии в контроле за их наполнением. И важно сохранить их целостность…

О налоговых консультациях

Неоднозначные изменения должны коснуться и порядка предоставления налоговых консультаций. Авторы хотят ввести единый реестр индивидуальных налоговых консультаций. Это вроде бы должно повысить прозрачность и ликвидировать рынок платных индивидуальных консультаций.

Но в то же время действие индивидуальных консультаций по-прежнему будет иметь индивидуальный характер, и логика, которой руководствовались авторы законопроекта, оставляя эту норму, остается непонятной. Ведь если два разных налогоплательщика, работающие в разных регионах, обратятся за индивидуальной консультацией по одному и тому же вопросу, но каждый в свою налоговую, то они вполне могут получить два диаметрально противоположных ответа: положительный и отрицательный! Хотя спрашивали одно и то же. Но обе эти консультации (в идеальном случае) попадают в Единый реестр. И плательщик, который получил неправильный ответ, может легко увидеть в реесте, что его консультанты ошиблись, но воспользоваться правильной рекомендацией не сможет! Он должен обжаловать свою индивидуальную консультацию. В чем тут смысл?

Кроме того, сама консультация получает статус таковой, если ее регистрируют в едином реестре в течение 35 дней после получения запроса. Вот только непонятно, что будет, если налоговики так и не зарегистрируют ее? Ведь налогоплательщик не может повлиять на них, чтобы они добросовестно выполняли эту обязанность. Обобщающие же налоговые консультации по-прежнему должен будет издавать Минфин. Однако он должен был делать это и ранее, но не делал, и не факт, что собственными силами будет делать в будущем.

О проверках, штрафах и прочем

Из множества других «общеадминистративных» новшеств можно отметить следующие:

1) Сроки проведения плановых документальных проверок увеличиваются в полтора раза. Но вряд ли это может быть критичным.

2) Сроки проведения камеральных проверок ограничиваются 30 днями после подачи отчетности. Сегодня такое ограничение есть только по НДС.

3) Отменяется право проверяющего требовать от налогоплательщика копии документов. И это правильно.

4) План-график документальных плановых проверок планируется публиковать на сайте ГФС. Инициатива сомнительная, поскольку может наносить ущерб коммерческой деятельности налогоплательщика, с одной стороны, или в определенных случаях стимулировать его к ликвидации, с другой.

5) В качестве дополнительной возможности принудительного погашения налогового долга налогоплательщиков вводится процедура перевода права требования дебиторской задолженности на контролирующий орган (в т.ч. принудительно — по решению суда).

6) Возвращается в Налоговый кодекс и возможность погашения налоговых обязательств или налогового долга плательщика путем проведения взаиморасчетов непогашенных встречных обязательств соответствующего бюджета перед таким плательщиком. Ранее такая норма в  Кодексе была, но так и не заработала. Произойдет ли это теперь, зависит от порядка проведения взаиморасчетов, который должен утвердить Минфин. От этого же Порядка будет зависеть, не вернутся ли под видом взаиморасчетов взаимозачеты 1990-х — коррупционный механизм, подрывавший всю финансовую систему государства.

7) Возвращается давно забытая практика безусловного внесудебного списания средств со счетов налогоплательщиков, которую ПОКА предлагается ограничить такими условиями: за плательщиком числится налоговый долг в сумме от 5 млн грн, возникший в результате неуплаты налогового обязательства и/или пени, заявленных в декларации, при отсутствии обязательств государства по возврату ошибочно или излишне уплаченных денежных обязательств. Ограничения на взыскание средств со счета при наличии невозмещенного НДС почему-то нет. Но главное даже не это, а то, что налоговики теперь смогут «по ошибке» списывать средства со счетов плательщиков по своему усмотрению. А вернуть их будет ой как непросто! Еще менее реалистичным будет привлечь принявшего такое решение налоговика к ответственности. Норма крайне опасная.

8) Внедряется открытый реестр рассрочек и отсрочек, что можно только приветствовать, так как сейчас это — тайна за семью печатями, создающая возможности для коррупции.

9) Устанавливается очень своеобразная система штрафов за несвоевременную регистрацию налоговых накладных в Едином реестре:

9.1) «Отсутствие на протяжении предельного срока» (так написано в проекте закона! – Ред.) регистрации налоговой накладной, которое установлено контролирующим органом по результатам проверки, штраф составит 50% от суммы обязательств по НДС (каких именно обязательств — непонятно! — Ред.). То есть штраф предлагается выносить при отсутствии факта нарушения (будем надеяться, что это описка. — Ред.). Однако штраф все же не будет взиматься в случае регистрации плательщиком налоговой накладной в течение 10 календарных дней после вынесения штрафа;

9.2) Нарушение плательщиком предельного срока регистрации налоговой накладной в Едином реестре влечет за собой наложение штрафа в размере 30% от суммы НДС, указанной в такой накладной. Опять же, в случае регистрации налоговой накладной в Едином реестре до начала проверки по этому поводу, штраф не применяется.

Проблемы контрагентов нерадивых плательщиков НДС (в первую очередь монополистов), не регистрирующих налоговые накладные, авторами законопроекта полностью проигнорированы.

10) Также теоретически предусмотрено начисление пени в пользу плательщика в случаях, когда сумма ошибочно и/или излишне уплаченного обязательства не была возвращена в установленный срок. Правда, касается это почему-то только переплаты, возникшей и задержанной к возврату после 01.01.17 г., а сама пеня теоретически будет начисляться лишь с 01.01.19 г. (с этого срока почему-то вступает в силу соответствующий п.43.7). Но главное, что пеня эта чисто бутафорская. Как и в случае с пеней за несвоевременное возмещение НДС, давно предусмотренной п.200.23 Налогового кодекса, для пени за несвоевременный возврат переплат не определено, кто ее начисляет, в каком порядке и когда выплачивает. Поэтому никакого ее начисления и выплаты в пользу плательщиков на практике не будет.

В целом направленность предложенных «общеадминистративных» изменений внушает больше оптимизма, нежели пессимизма. Однако вышеуказанные огрехи желательно было бы исправить во время прохождения законопроекта через Верховную Раду.

Джерело: hubs.ua

 

Коментарі
kazmetal l.com